seringvar (seringvar) wrote,
seringvar
seringvar

Недомолвки Витгенштейна 15. Разглядывание как вторжение целиком.

124. Безопорность усвоения человеком. Любое усвоение как бы повисает в воздухе. Само момент прихода чего-то не просто важного, но настоящего важного. Тут нет ничего, не пространства, не времени, ни верха, ни низа. "Уверенность заложена в сущности языковой игры". Т.е. безопорность - это где-то в области даже не нашей уверенности, а уверенности самой по себе, она проистекает из мерцания языковой игры. Или вернее сама языковая игра по сути своей мерцание, которое программирует наш мозг на уверенность. Это какой-то надчеловеческий гипноз. Может быть поэтому у животных больше уверенности, потому что там программирование проще. Мерцание достоверных смыслов быстрее достигает двигательных реакций. У нас же все сложнее.

125. Самым сильным проявлением отличия и сложности нашего программирования со стороны достоверного является именно вера. Мы "обследуем само ... обследование". Сначала религия отсюда, потом наука отсюда. Мы стоим не перед предметом, мы стоим перед сутью предмета, но к сути мы заходим через разглядывание самого процесса исследования любого предмета, как самого себя. Человек как в зеркало глядится в предмет. Но суть приходит лишь разглядывание себя разглядывающего себя в предмете. А иначе в предмет не зайти.

126. Это не излишнее для понимания обычного. Без этого нас нет. Делая иначе, наше сознание как бы исключало нас, но объективной сути предмета от этого не возникало, как бы мы этого не хотели. Объективное только через впускание "излишнего" - себя самого. И мы заходим сюда целиком, на подобии божественного вхождения. Бог не может находится в предмете окружающем частично, в нас Бог не может находится чуть чуть. Он во всем целиком. И мы, в подобии Бога, заходим в предмет целиком. Это вхождение нам вручено, это и есть божественное внутри нас.

127. Но это только само вхождение во все целиком является нашей божественностью, все остальное наше, чисто наше. Контекст каждого, обычай каждого, уникальность каждого. Может быть наша задача в том, что бы разглядеть уникальность нашего личного сомнения врывающегося с нами в каждый предмет? Но это уже сверх задача. Простая задача в том, что бы хотя бы себя разглядеть, но через себя, через собственное сомнение можно разглядеть и сомнение других, как смысл.

128. Наиболее яркое переживание это слезы и смех в сомнении. Любая шутка - это сомнение, это как бы перепад с одной возможной стороны предмета, на другую неведомую. Любая шутка периферийна, как и любое сопереживание. Мы живем в своей индивидуальности именно в этом. Наше самое человеческое - периферийно, в полутени.

129. И именно поэтому мы обрекаем достоверное на вечном нахождении в области сомнения, в своем обычном. А наша вера рождается как переживание по поводу процесса, не более, хотя именно сам процесс рождает самые достоверные смыслы, самые близкие к Богу.

130. Может быть потому в начале, в смой примитивной форме религии мы часто натыкаемся на транс, как на приобщение к процессу поиска себя во всем. Да и современные формы религии то тут, то там занимаются микро-трансами, ошеломляя тело человека яркостью, изнурением, запахами и т.п. Это как выпадание в другое биологическое обычное, что бы уловить момент процесса.

131. А дальше поиск похожего, признание обычным и для этого и для этого. Вся наша коммуникация - это движение от интеллекта к контексту, даже может быть в признании слабости.

132. Но как же это разглядывания процесса и себя связать с достоверным. Хотелось бы остаться и заявить, что это и есть единственно достоверное. Очень бы хотелось. Тогда любое происходящее вдруг оказывается истиной во все ее полноте. Но тогда руки опускаются перед безосновательностью. Нельзя же все время кивать на Бога. Это безответственно. Постоянство не норма. Не постоянное норма. Язык возникает из пригодной логики, из пригодного процесса, из пригодного здесь и сейчас, сию минуту, а потом язык возникает заново и норма вдруг оказывается далека от постоянства. Постоянство - это скорее наше усилие по разглядыванию себя самого. Пока мы ищем себя в отражении мы там есть. Мы рождаем обычай и придерживаемся обычая. Нас не интересует предмет как таковой, на интересует наше в предмете. Смысл в нашем пользовании миром. Мы не можем воспользоваться горой? Можем, в том-то и дело, что наше божественное врывается везде, даже если мы не способны взять гору руками. Напомню это и есть по сути наше божественное.
Tags: Этика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments